Боль

 Что вы о ней знаете?

Это случилось внезапно - тишина. Тишина. ТИШИНА.

Но ноги, как у князя Андрея, не подкашиваются, стою. Но то было при Аустерлице, Болконского не били со спины, из-под воротни, это Астрахань! Почему внезапно всё вокруг стало оранжевым? Что вообще случилось? Мысли несутся поразительно медленно. Случилось-то ЧТО? Знакомые ощущения. Такие ощущения уже были когда-то… Да, когда получал нокаут во время драки.

Да, это нокаут! - несется в голове. Но что же случилось?

Еще минуту назад я шел со своей подругой, провожал ее до дому. Вокруг царил чудесный астраханский вечер. Полный романтизм. Идиллия. На душе приятные ощущения от нахождения рядом с самой красивой девушкой…

Девушка! - проносятся мысли. - Она же там осталась одна! Осталась одна в том реальном измерении. А ведь я получил удар по голове сзади, - доходит до меня. - И значит, ОН находится за моей спиной. ОН продолжает стоять за моей спиной, держит какое-то орудие в руке!

Я испугался за девушку. Надо бы было упасть, как положено при приличных нокаутах, но страх за родного человека заставляет меня устоять на ногах.

Не смей падать! Не смей отключаться! - несется в голове.

Постепенно включается звук, шум пустой улицы. Надо развернуться. Вижу, что от испуга девушка рванула вперед, споткнулась и упала. Медленно разворачиваюсь, то есть это мне кажется медленно, время максимально сжато, секунды несутся.

Развернулся. Вижу перед собой мужика, а в руках у него какой-то тяжелый предмет. Я начал махать кулаками. Не знаю почему, но нападающий второй раз не бьет. Из рук его выпадает камень, по звуку от удара по асфальту понимаю: килограмма на один-полтора. Череп оказался крепче. Не уходит, ОН убегает, я не мог преследовать, я вообще еле стою.

Чего же он бежит? Провожу рукой по затылку - кровища! Струйка бежит из-за уха, по горлу, вся рубашка в крови. Вот ОН чего испугался! Эпизод занял по времени меньше минуты.

И все-таки кто же это мог быть? Кто заказчик? Чему причина нападения? - не отпускали параллельные мысли. На дворе стоял август 1999 года, восходила звезда Путина. Но где Путин, а где - я, разные весовые категории, разумеется. Но все-таки меня касается, хоть и косвенно, если вы не интересуетесь политикой… А я еще как интересовался. И не просто интересовался, активно участвовал в создании профсоюзов, организовывал забастовки, поддерживал связь с шахтерским стачкомом в Анжеро-Судженске.

Также я был одним из руководителей редакции “Рабочее движение”. Не могу сказать точно, что я контролировал всю газету, но мое имя шло первым на задней странице, где идут выходные сведения, в «подвале». Однако могу сказать, что я писал статьи, редактировал некоторые заметки других авторов, проверял расчетный счет. Верстал газету на компьютере и относил в типографию кальки-гранки - Олег Шеин. Он же находил деньги, за ним было и окончательное редактирование статей. Иной раз после шеинских несогласованных правок было трудно узнать свою статью, где смысл мог внезапно измениться на противоположный, как впрочем и подпись под статьей. Конечно, у меня это вызывало крупные споры с Шеиным.

Здесь еще нужно заметить, что в декабре 1999 должны были состояться выборы в Госдуму РФ, куда он навострил лыжи. В канун описываемых событий Шеин проводил учредительную конференцию, создавалась новая Трудовая партия, под новые выборы. На собрании я категорически выступил против. Ну какая может быть партия, если наших товарищей убивают на улице! Я имел в виду убийство Олега Максакова, сопредседателя областного комитета профсоюза, моего коллеги, 13 марта 1999 г. Похожие вести приходили из кемеровского стачкома. Из Кемерово приходили известия об убийствах, избиениях, исчезновении рабочих лидеров, посмевших требовать свое заработанное, отказываясь работать бесплатно! В стране не было никакой демократии, царил обычный террор против тех, кто как-то сопротивлялся беспределу. Работали ли милиция, прокуратура, ФСБ?

Еще как работали! Милиция всегда присутствовала на митингах и всех фиксировала. Уполномоченные ФСБ по борьбе с терроризмом приходили ко мне на работу, домой, опрашивали соседей и даже проверяли мой формуляр в библиотеке.

Поэтому мне казалось, что регистрация партии в Минюсте - это выход из тени, это подача списков наших активистов для последующего на них давления, это, наконец, подвержение опасности их жизней.

Точно так же бессмысленным я считал и участие в Госдуме РФ. Дело в том, что сразу было понятно уже тогда, что этот орган ни на что не влияет, он не может формировать правительство, проводить расследования.

Поэтому, выступая на учредительной конференции, я сильно поднасрал Шеину, заявив, что я категорически против того, чтобы тратить человеческие и денежные ресурсы на бесполезную кампанию. С юношеским максимализмом я предложил готовиться к силовому разрешению трудовых споров, покупать оружие - в общем, действовать зеркально, как действуют наши противники.

На мое удивление, мое выступление было поддержано присутствующими рабочими, и меня даже выдвинули в оргкомитет будущей партии, несмотря на то что я совсем туда не стремился. Каково же было мое удивление, когда значительно позже выяснилось: в протоколе собрания моя фамилия из списков учредителей оргкомитета исчезла! Эдакая шеинская школа фальсификаций (по Троцкому).

Так кто же?

Нет, ну я себя чувствовал прекрасно, несмотря на тяжесть удара судьбы. Я провел весь следующий день в отличном настроении, уж не понимаю даже почему, может, от осознания любви к прекрасной девушке. Хуже стало через день: головокружение, слабость, высокая температура. Я успел сообщить о случившемся только своему лучшему товарищу, как я тогда считал. Однако, как потом выяснилось, он никому не сообщил о нападении и ко мне не приходил, хотя я провалялся в больнице целую неделю.

Когда я принес больничный лист на работу, бригадир сразу предложил: “Давай-ка лучше сделаем вот как: у тебя не было никакой бытовой травмы, а эти дни ты работал! И тебе хорошо, и мне меньше макулатуры заполнять! Главное скажи, в милицию заявление не подавали? Вот и хорошо!”

…..

Когда сегодня меняется погода, у меня страшные головные боли. Боль болючая. Сегодня день боли. Боли душевной.

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Двадцать лет одной и той же тактики

Секрет антипутинского восстания

Бойтесь лжепророков: почему коллаборационизм нельзя прощать. Олег Шеин опять врет