Юденич и цена несостоявшегося компромисса

 

Сегодня день рождения Николая Николаевича Юденича - одного из самых известных русских 

военачальников начала XX века, который в свое время служил в 12-м гренадерском Астраханском полку.

После Октябрьского переворота 1917 года именно Юденич оказался среди тех немногих, 

кто хладнокровно оценил происходящее в Петрограде и выступал за максимально быстрое подавление

 большевистского переворота, пока новая власть еще не успела окончательно укрепиться. Некоторое

 время он жил в Петрограде на нелегальном положении, а затем перебрался в Финляндию, уже заявившую

 о своей независимости.

 

Там Юденич пытался договориться с регентом Маннергеймом, а также с представителями национальных

 движений стран Балтии. Ему удалось организовать два наступления на Петроград. Однако подготовка 

сопровождалась постоянными препятствиями. Отдельных офицеров задерживали, не пропускали к 

местам формирования частей, союзники 

преследовали собственные политические интересы, а руководство Белого движения зачастую

 придерживалось политики непредрешенчества, откладывая решение ключевых государственных 

вопросов на будущее. В результате наступления завершились неудачей.

Сам Юденич, как известно, считал необходимым признать независимость молодых балтийских государств,

 понимая, что без такого компромисса создать прочную антибольшевистскую коалицию будет крайне 

трудно. Но его позиция не встретила достаточной поддержки. Большевики же в тот момент действовали

 значительно гибче в вопросах тактики и союзов. Позднее, правда, практически все их временные 

партнеры сами столкнулись с советским давлением.

История Юденича заставляет задуматься не только о событиях Гражданской войны, но и о более широкой

 проблеме. Очень часто решающий момент оказывается упущен из-за неспособности договориться между 

собой. Пока идут споры о принципах, полномочиях и будущем устройстве государства, инициативу 

получает тот, кто действует быстрее и решительнее.

После поражения Юденич вместе с семьей эмигрировал во Францию и поселился в Ницце. Куда он

 приехал из под ареста, произведенного эстонскими властями.  В отличие от многих других лидеров

 Белой эмиграции, он практически не участвовал в эмигрантских партиях, конгрессах и политических

 организациях. Возможно, он понимал, что время решительных действий уже прошло. То, что можно было

 изменить в 1917-1920 годах, уже невозможно было исправить бесконечными эмигрантскими съездами, 

взаимными обвинениями и борьбой за лидерство. Так он и прожил остаток жизни вдали от политики, 

скончавшись в 1933 году.

Иногда я думаю: а может быть, Юденич действительно был прав? История нередко показывает одну и ту 

же закономерность. Когда существует реальная возможность объединиться и действовать сообща, всегда 

находятся люди, которые считают коалицию невозможной или преждевременной. Проходит время, шанс 

оказывается упущен, а затем появляются новые проекты, новые «вожди», новые партии и новые расколы.

 И все начинается сначала.

Конечно, невозможно с уверенностью сказать, каким был бы ход истории, если бы предложения Юденича

 получили более широкую поддержку. Но его судьба напоминает, насколько важными в переломные 

моменты оказываются способность договариваться, готовность к компромиссу и своевременность

 принятия решений.